Стриптиз по-русски

Бизнес с разоблачением. Дело, которое многим по морально-этическимсоображениям представляется скользким (ах, тут у вас стриптиз — стало быть, торгуете телом), демонстрирует удивительную кризисоустойчивость. В крупных российских городах появляются все новые и новые заведения подобного рода. Причем их владельцы утверждают: сомнительных с точки зрения закона услуг клиентам не предлагается, те платят за «особую атмосферу».

За ответами на вопросы: «как работает эта бизнес-модель?», «кому и какие прибыли приносит?» и, естественно, «а в чем, собственно, подвох?»,корреспондент НТВ Юрий Кучинский отправился в Сибирь.

Будущий менеджер по персоналу сразу после лекций — в заведение для мужчин. Совмещать учебу с работой по ночам не просто, зато от обычных студентов Настя выгодно отличается. Обычные — они в булочную на такси не ездят. Работу на 30 тысяч в месяц в Томске не всякий специалист с дипломом найдет. Пришлось, правда, объяснять родителям, мол, хочешь жить, умей вертеться.

Анастасия, танцовщица: «За границей к этому — что танцуют, раздеваются — вообще так не относятся. Да сплошь и рядом».

На репетиции, когда сценических костюмов еще нет, сложность хореографии, переходящей в акробатику, в глаза бросается быстрее, чем на самом шоу, когда костюмов уже нет. Но все же шоу должно быть ярким и красивым. Одним раздеванием и в провинции давно уже не удивишь. Важна эстетика. За ней следят специалисты. За плечами у директора заведения — Институт культуры в Петербурге.

Ольга Карпова, директор стриптиз-бара: «Пока существуют мужчина и женщина, это имеет место быть. Это целый пласт эротической культуры. И все зависит только от нас, как мы будем к этому делу относиться. Мы здесь, в принципе, ходим по грани лезвия, чуть в сторону шаг — это уже не то качество, это может быть пошлым».

Сложнее всего найти стриптизершу не с ногами, а с головой, говорят в администрации клуба. Ведь главная задача девушек — найти подход к клиенту, вести себя с ним так, чтобы гость денег потратил как можно больше, руками ничего не трогал и при этом остался доволен.

Александр Минаев, владелец компании, проектирующей клубы: «Бизнес на самом деле очень скользкий».

Крупные участники рынка не особо скрывают, что стриптиз-клубы без интимных услуг в больших городах — бизнес не очень интересный. Аренда, реклама, костюмы — все дорогое, деньги должны возвращаться быстро. Темп жизни такой. Клиентам нужно все и сразу. А какая мораль устоит на пути инвестиций?

Игорь Савин, арт-менеджер программ эротических шоу: «На тебя тратят средства — на визажиста, на костюмы, хореографа-постановщика и так далее. Это очень важно. Но, так сказать, в тебя никто никогда не будет вкладывать деньги, если ты не предоставляешь интимные услуги».

Денис Кравцов начинал с игорного бизнеса. Но игра в России теперь под запретом, а стриптиз, оказалось, тоже быстро приносит отдачу. Из одного подвала в Томске сеть эротических баров выросла на всю страну. Кравцов теперь может даже считаться стриптиз-воротилой мирового масштаба. С началом кризиса крупнейшим транснациональным операторам индустрии раздевания пришлось закрыть часть своих клубов. И теперь сеть сибирского бизнесмена, в которую входят 23 заведения, выходит, крупнейшая на планете. Не по обороту, конечно, а по количеству своих точек, но все же.

Денис Кравцов, владелец сети стриптиз-баров: «Прилив инвестиций не чувствую, но гордость, конечно же, чувствую».

Гордость законная. В смысле, и с точки зрения Уголовного кодекса. Кравцов декларирует, что в его заведениях слишком далеко в общении с клиентами танцовщицы заходить не будут. Здесь посетителей на каждом шагу предупреждают: интим не предлагать. Охрана заметит любые эксцессы.

Кабинет для приватных танцев здесь не такой уж и приватный — от общего зала отделен только прозрачной занавеской. Такова политика безопасности. Может, не каждому клиенту и понравится, но здесь руки куда не надо не протянешь, да и администрация клуба этими прозрачными занавесам прикрывается от любых подозрений в организации притона. Придет какой-нибудь проверяющий в штатском, а здесь все прозрачно, все на виду

В остальном стриптиз провинциальный строится по тем же принципам, что и столичный. Максимум денег из всего. Плата за вход, дорогой бар, танцы на заказ, каждый квадратный метр небольшой площади должен быть рационально использован.

Денис Кравцов, владелец сети стриптиз-баров: «Качели — это платный элемент. Покачаться стоит денег. Клиенты качаются постоянно».

В среднем клиенты оставляют в томском клубе по две-три тысячи рублей. В Москве с такой суммой разве что в кино ходят. Поэтому столичные бизнесмены на провинциальных коллег смотрят свысока и в регионы выходить не спешат. А зачем им, пока ночью по Москве так широко гуляют люди?

Андрей, управляющий стриптиз-клубом: «Сумму не буду называть, но достаточно большая. Думаю, что хватит на 7–8 квартир в Москве».

И этого с одного клиента. Случай, конечно, легендарный, и таких загулов в кризис стало меньше, но деньги в столице все еще текут рекой достаточной, чтобы не думать о развитии.

Провинциальный стриптиз в области бизнес-технологий давно ушел вперед. Сеть позволяет оптимизировать процесс. Девушки из одного клуба ездят в командировки по другим. Все официально — отчет за гостиницу, суточные, как в любой компании. В результате в разных точках сетевой структуры программа обновляется без раздувания штата. Вот только имидж стриптиза в России тормозит развитие.

Денис Кравцов, владелец сети стриптиз-баров: «Мы приходим в банк и говорим, что наш бизнес — это стриптиз. Нам отказывают сразу же. Хотя я говорю, что мы предоставим им в залог недвижимость. Нет».

В Америке акции компании «Рик Кабаре» котируются на бирже, в них можно вложиться. На сайте этого стрип-оператора — финансовые отчеты, результаты проверки аудиторов и решения совета директоров. Полноценный участник экономического процесса. Но стриптиз в России — это, скорее, бордель, чем балет. Мнение устойчивое, и убедить банкиров, что бизнес легален, не просто.

Александр Минаев, владелец компании, проектирующей клубы: «У людей понимание того, что такое эротическое шоу, просто не привито. Они это не понимают. Они привыкли так: они пришли в стриптиз-клуб, сунули девочке в трусы тысячу рублей, отвели ее в приват и дальше могут с ней и уехать. То есть вот такая скрытая проституция».

В итоге кредитную заявку компании Кравцова на рассмотрение приняли только в одном из банков австрийского происхождения. Там отношение менеджмента к стриптизу, видимо, оказалось более лояльным. Так что пока вряд ли стоит ожидать, что индустрия раздевания станет в России заметной точкой экономического роста. Разве что останется местом трудоустройства для студенток.

Настя танцы у шеста не собирается прекращать и после диплома. Впрочем, может быть, в перспективной компании, которая даже в кризис развивается, найдется и место по специальности.

Анастасия, танцовщица: «Если я выйду замуж, то я перестану танцевать. Конечно. Тогда я стану менеджером по персоналу».

Источник: http://ip.ntv.ru/news/10889
Репортаж подготовлен при участии Clubconcept.ru
Фото: Андрей Дубровин

15 февраля 2010 Автор: dinozaurus

Комменты 2 из 2

89233162240

сложная работа у девушек!парням как то проще по крайней мере с точки зрения морали-мы ведь по природе полигамны ...и всё !взятки гладки!никто не осудит!и тем более не накажет!)))
19 апреля 2010 22:14:04

ответить написать сообщение

Scatman

мне понравилось последнее,анастасии...она значит станет мамочкой...)))
20 февраля 2010 03:18:33

ответить написать сообщение