В Омской крепости продолжают читать вместе роман Фёдора Михайловича Достоевского «Записки из Мёртвого дома». Очередной фрагмент — глава II «Первые впечатления» (продолжение). В отрывке рассказчик вспоминает, как его наконец перековали, и описывает мастерскую, куда одна за другой приходили калашницы — среди них были и совсем маленькие девочки. До зрелого возраста они ходили обычно с калачами: матери пекли, а они продавали. Войдя в возраст, они продолжали ходить, но уже без калачей; так почти всегда водилось. Были и не девочки. Калач стоил грош, и арестанты почти все их покупали. Рассказчик замечает седенького, но румяного столяра, который с улыбкой заигрывал с калашницами: перед их приходом он только что навертел на шею красненький кумачный платочек. Между ним и толстой рябой бабенкой завязывается разговор — о вчерашнем визите и о том, кто к кому приходил: Марьяшка, Хаврошка, Чекунда, Двугрошовая. На вопрос рассказчика Аким Акимыч, скромно опустив глаза, отвечает: «Бывает-с». Автор поясняет: такое случалось, но очень редко и с величайшими трудностями. Охотников выпить было больше, чем на такое дело, несмотря на всю естественную тягость вынужденной жизни. До женщин было трудно добраться: надо было выбирать время, место, условливаться, назначать свидания, искать уединения, склонять конвойных и вообще тратить бездну денег. Но рассказчику всё же удавалось иногда быть свидетелем любовных сцен. Однажды летом они втроём были в каком-то сарае на берегу Иртыша и протапливали обжигательную печку; конвойные были добрые. Явились две «суфлеры», как называют их арестанты, — Чекунда и Двугрошовая. Далее — сцена в кухне: арестанты возвращаются с работ, обедают кто раньше пришёл, кашевар наливает щи, кто-то празднует и ест жареную рыбу. Входит высокий сухощавый арестант лет пятидесяти с отвисшей нижней губой и заводит шутливый разговор о том, кто откуда родом и где живёт богатый мужик Газин, который сегодня «догуляется до греха». Рассказчик предлагает арестанту чаю, тот соглашается, а мрачный арестант из угла замечает: «Ишь, дома лаптем щи хлебал, а здесь чай узнал». Тут же приносят калачи — молодой арестант распродаёт связку по острогу, и его присказка про «последний калач» и материнскую любовь смешит всех.