В октябре 1962 года мир замер: на Кубе — советские ракеты, в Атлантике — американские авианосцы, в Белом доме — Кеннеди, в Кремле — Хрущёв. А под Таганским холмом в Москве находился объект, который в случае худшего сценария должен был стать последним рабочим кабинетом советского командования. Сегодня это музей, но в те дни здесь было не до экскурсий. Официально объект назывался «ГО-42» — запасной командный пункт командующего Дальней авиацией СССР. Кульминация наступила в октябре 1962 года: когда Кеннеди объявил о морской блокаде Кубы, бункер перевели в полную готовность. Герметичные двери закрыли — это стандартная процедура при угрозе ядерного удара, чтобы защитить людей от ударной волны и радиоактивной пыли. По свидетельствам, объект был полностью изолирован от внешнего мира в ожидании возможного ядерного удара. Здесь круглосуточно несли дежурство 2 500 человек — офицеры связи и командование Дальней авиации. В случае приказа отсюда управляли бы стратегическими бомбардировщиками — теми самыми, что несли ядерные бомбы к целям на территории США. Голос эпохи Юрий Левитан работал в «Бункере-42»: для него во втором блоке оборудовали студию звукозаписи. Отсюда должно было выйти обращение к гражданам СССР о начале ядерной войны. Бункер работает как музей с 2006 года. Спуск вниз, узкие коридоры, подлинное оборудование связи, макеты ядерной триады. Экскурсоводы рассказывают не только о технике, но и о том, как принимались решения, от которых зависела судьба планеты. В одной из программ есть иммерсивный элемент: посетителям предлагают «запустить ракету» — чтобы прочувствовать, насколько хрупким был баланс сил. Но самое сильное впечатление, по отзывам, производит даже не интерактив: люди выходят на поверхность и понимают простую вещь — в 1962 году в этом подземелье всерьёз готовились к концу мира. Если окажетесь на Таганке, загляните в «Бункер-42» — хороший повод подумать о том, что 65 лет назад могло не быть ни этого поста, ни этого дня.